Мама Ро: о музыке, голоде и перспективах

Мама Ро — команда необычная примерно настолько же, насколько и её название. Это история драйва и вдохновения, искреннего творчества и необузданных эмоций. Команда, выросшая когда-то на ниве хип-хопа, не позволила себе остаться в рамках какого-то одного жанра. В их песнях речитатив переплетается с соул-вокалом, хип-хоповые биты — с инструментальной музыкой и джазовыми вкраплениями саксофона. У этих музыкантов нет какого-то одного излюбленного настроя в творчестве — они сами настолько разные и многогранные, что «застрять» в чём-то одном кажется им чем-то совершенно немыслимым.

Начало этому мощному музыкальному феномену положила небольшая компания вдохновлённых друзей: Володя Гавриков, Стас Солодовников и Галя Потапова. У каждого за плечами своя уникальная история, свои пристрастия в музыке и искусстве, своё собственное мироощущение. Однако им прекрасно удаётся на этих контрастах создавать яркую, интересную, и красивую музыку, превращая разницу восприятий в особенный творческий инструмент.

Мама Ро: о музыке, голоде и перспективах
Фото с официального сайта группы Мама Ро.

Всего несколько месяцев прошло с релиза впечатляющего EP «Океан», а у группы Мама Ро вновь завертелась бурная творческая активность — анонсы новых песен, клипов, концертов. Мы не смогли оставить этот процесс без внимания, и бросились задавать вопросы «основе» команды.


 

Правда ли, что свой первый концерт вы отыграли без названия?
Стас: Да, это так.

Впервые слышу такую историю. Как это вышло?
Стас: Это был не сольный концерт, мы вписались, там были разные группы. Мы особо не представлялись, просто вышли, три песни сыграли и ушли.
Галя: Мы вообще образовались как коллектив недели за две до этого.
Стас: Да, мы репетировали, сочинили песен пять, наверное, но при этом у нас не было названия ещё. Мы очень долго думали над ним.

Какие ощущения от такого «безымянного» выступления?
Володя: На самом деле мы просто кайфовали, и всё, пофиг вообще на название.
Стас: Сначала было вообще не понятно, будет ли у нас группа, сойдёмся ли вместе, сыграемся\не сыграемся. Просто собирались, репетировали, играли.
Володя: Мы очень любили джемы, и они были крутые.
Стас: Потом уже отзывы какие-то пошли, что это классно, и мы думали «Да, надо продолжать».

Остались ли какие-то записи тех джемов?
Володя: Ну да, но это такие видосы секунд по тридцать, по двадцать. Но они были именно атмосферными, они не похожи в принципе на наше творчество.
Галя: Они были даже с другими музыкантами. Там очень много было музыкантов, такое место было само по себе необычное.
Володя: Как оно называлось?
Галя: Post People. Был закрытый подвал такой на Петровке.
Стас: «Коммуна» они себя называли.
Галя: Коммуна, да. Там очень много творческих людей собиралось.
Стас: Фильмы там какие-то артхаусные показывали, в другом зале играли музыканты…
Володя: Мне кажется, сейчас много таких, а вот тогда они были одними из первых.
Галя: Да. Это года три длилось, а потом оно закрылось.

21 июня у вашего коллектива был день рождения…
Стас: Ну это такой… вымышленный, точнее назначенный.

Но всё же — сколько вам исполнилось?
Галя: Вообще — семь лет. В 2010-м году мы начали играть.
Стас: Но у нас состав менялся несколько раз. В таком составе, в котором мы сейчас играем — наверное, мы существуем года два.

В этом составе уже есть ощущение сыгранности?
Стас: Да, постепенно сыгрываемся.
Володя: Но хочется теперь новые ещё вещи добавлять. Мы хотим драм-машину добавить, чтобы электронный звук ещё был. Сейчас барабаны, бас, саксофон, гитара, и если ещё будет драм-машина… Сейчас это модно, прикольно было бы.

Что вам нравится в современной музыке?
Володя: В современной — особо ничего. Я люблю, допустим, Massive Attack (Tricky), DJ Shadow, Redman, Ролингов, AC/DC, Led Zeppelin.
Галя: Мы все больше любим старьё. Мы делаем музыку без фанатизма, мол, «вот это так модно, сейчас так модно читать, здесь так круто сделать».
Володя: Да, мы вообще об этом не думаем.
Галя: Мы просто делаем музыку и всё само получается, мы не оглядываемся на то, что сейчас модно.
Володя: У нас песни сочиняются как-то… от джемов. Мы приходим на студию, Дима Бородин (в последнее время) придумывает какой-то ритм, и понеслось. Это один вариант. Второй вариант — мы записали трек под электронную музыку, а потом приносим музыкантам, и они разбирают.
Галя: Если мы что-то заимствуем — неосознанно, может быть.
Стас: Любую песню можно отнести к чему-то. Мол, «по-любому, они вдохновились тем-то и тем-то». А так, целенаправленно — стараемся не ориентироваться.
Володя: Музыканты иногда говорят, когда уже записали что-то — «О, а здесь похоже на то-то». Мы же не знаем, что в глубине головы.

Сколько времени ушло на запись EP «Океан»?
Галя: Полгода, может?
Володя: Месяцев девять.
Стас: Да могли бы быстрей, там просто события были разные. Я ногу сломал, например, два месяца с костылями ходил. Так, в целом — можно было быстрее записать.

Читал у вас, что этот EP вошёл в топ чартов тайского iTunes.
Стас: Да мы сами удивлены!
Володя: Думаем, может вообще стоит двигаться в ту сторону…

О таком тайском турне можно было бы снять неплохой roadtrip-фильм.
Галя: Да! «Они начинали с Тайланда»…
Володя: Это как Тату?
Галя: Нет, они в Японии.

Много городов уже объездили с группой?
Стас: Да нет, несколько городов объехали.
Володя: Саранск, Питер, Волгоград, Астрахань.
Галя: Нас в Астрахани полицейские приняли за бандитов, ворвались к нам на съёмную квартиру — подумали, что у нас оружие в чехлах.
Стас: Им соседи позвонили, сказали: «Тут люди с оружием».
Галя: Три машины за нами приехало, все в масках, вооружённые.
Володя: И потом мы давали показания.
Стас: К нам пришёл огромный мент, они посмотрели эти кофры с инструментами, мы написали какие-то объяснительные о том, что мы не бандиты, и всё.

Многие группы сейчас отказываются от полноформатных альбомов в пользу небольших EP.
Стас: Мы сейчас даже от EP отказались. Синглами работаем.
Володя: Мы просто сделаем три сингла… Знаешь, мы просто решили пойти вперёд… Даже не знаю, как это объяснить. Мы сейчас выпускаем сингл «Хэй, Гай», драйвовый такой. Он у нас есть записанный, уже давно лежит в подвале. И нам сейчас снимают на него клип, он почти готов уже. Уличный клип, прикольный, с движениями, танцорами, скейтерами, брейкерами — такой, подвижный будет. Потом выпускаем trip-hop трек «Движение»… И может на него тоже снимем клип. А клип выпустим, скорее всего, на ведущих сайтах — Rap.ru, The Flow, есть договорённость с ребятами. Это такой «шаг вперёд», это уже более массовая аудитория. С The Flow надо ещё договориться, а с Rap.ru уже есть договорённость.

Мама Ро: о музыке, голоде и перспективах
Кадры с одного из съёмочных дней клипа на песню «Хэй, гай!».

Как появилась композиция «Хэй, гай!»? Что вас вдохновило на её написание?
Стас: Музыка.
Володя: Мы её на джеме сочинили. Барабанщик придумал бит и «Хей, гай!», типа прикол такой.
Галя: А Димка придумал рифф как раз, да.
Стас: Придумалась мелодия, а потом определились с темой и написали.
Володя: Тексты мы там не сочиняем, только мелодику. Музыка готова — потом мы летим домой и сочиняем текст.

Когда ожидается релиз этого клипа?
Стас: В конце июля.
Володя: Я надеюсь, там корректировок не будет с нашей стороны. Мы вообще не знаем, что там…
Стас: Мы не видели. Нам подкидывают буквально по секунде, типа, «вот вам для затравочки». Смотрим — «Вау, классно!».
Володя: Но мы первый раз сказали «Вау, классно!». Через нас прошло, наверное, три группировки ребят, которые вместе снимают видео.

Некоторое время назад вы писали, что готовите видео на песню «Океан». Видео так и не вышло, упоминаний больше не было. Что случилось?
Хором: Оооой….
Володя: Вообще, что касается клипов… Я не знаю, видел ли ты «Любимый день», наш старый клип — мы снимали его сами. А сейчас мы уже взрослые люди…
Галя: … И доверились профессионалам.
Володя: Мы долго искали людей, которые снимут очень круто, с такой же динамикой. Нужно чувствовать кадр, а не все имеют чувство стиля именно по картинке, по монтажу. И у нас было несколько вариантов, но не получилось. Они крутые, но нам не подходят.
Стас: Материал лежит, но его просто нужно доделать. Мы сейчас переключились на другой клип.

В официальных аккаунтах Мамы Ро нередко встречается упоминание о неком The Private. Что это за проект, и почему он так тесно переплетён с Мамой Ро?
Стас: Изначально позиционировалось так, что Мама Ро — это мы играем с живыми музыкантами, а The Private — существует давным-давно, это более хип-хоповая тема, электронная музыка.
Володя: Мы этим проектом занимаемся лет 12-13.
Стас: Сейчас проекта этого уже, по сути, нет — мы пишем под электронную музыку вместе с Галей, и это уже называется Мама Ро. The Private и Мама Ро объединились.

Как вы относитесь к популяризации культуры фристайл-рэпа?
Володя: Я в своё время много фристайлил, «убивал» по нескольку человек на сцене. Но сейчас-то фристайл-культуры нету в России. Есть Versus, но это же не фристайл.

Не было желания поучаствовать в баттлах Versus, «показать, как надо»?
Володя: Мы общаемся с Габонской Гадюкой, он у нас снялся в клипе «Хэй, гай», он судья на Versus. Я его давно знаю, у нас даже совместные треки The Private и Габонской Гадюки есть. Только мы их не выпускали.

Почему?
Володя: Не знаю…
Стас: Тогда он ещё не был судьёй Versus.
(смеются)
Володя: Хотя он сейчас судья, а мы всё равно не выпускаем. А так — он человек крутой, но я бы пошёл именно на фристайл-баттл, если такой появится. Но я думаю, что не появится, потому что в основной массе это будет выглядеть очень ничтожно. Потому что немногие умеют хорошо сочинять на ходу, и шоу-элемента такого не будет. Для этого нужно было бы выбирать каких-то крутых чуваков, кастинг проводить по фристайлу.

Можете назвать каких-то хороших российских фристайлеров?
Володя: Все же знают про Noize MC. Ещё… Я даже не знаю.
Стас: А кто у нас ещё фристайлит?
Галя: Я тоже не знаю.
Володя: Я думаю, по пьянке все рэперы фристайлят нормально…
Галя: … Только не в рифму.

Мама Ро: о музыке, голоде и перспективах
Фото: Глеб Нарв

А вообще — есть какие-то свежие музыкальные открытия?
Володя: Мне зашёл Скриптонит. Сейчас все про него говорят, многим не заходит, но по сути — у него крутой образ, он круто двигается и у него своя атмосфера. Прикольный чувак.
Галя: Мне понравился Иван Дорн. Он очень классный.
Володя: Ещё Аффинаж! Это инди-поп русский.
Стас: OQJAV. Но они развалились, прощальные концерты сейчас дают. Я с их творчеством недавно только познакомился, а они уже разваливаются. печально.
Володя: Но крутые ребята, интересные. Песня «Хаски» очень крутая.
Стас: Нового сейчас очень много. Ты вот что-то увидел, клип посмотрел, песню послушал, думаешь «Круто!». Но название не запомнил и к этому не возвращаешься потом.

За андерграундной сценой наблюдаете?
Стас: Конечно!
Галя: У нас очень много друзей из этой сцены.
Володя: «Свидание», допустим. Андрей Зэберти — наш друг, у нас с ним песня совместная.
Стас: От нас барабанщик ушёл к ним.
Володя: Но это всё общая туса, общие знакомые. У них сейчас туры идут, они этим зарабатывают на жизнь.

Многие команды ради заработка «сворачивают» своё творчество, и, например, организуют некие красивые кавер-бэнды.
Стас: Да, такие истории сплошь и рядом. У нас тоже много знакомых таких.
Володя: Мне кажется, своё музло всегда надо делать. Даже если ты начал зарабатывать деньги кавер-бэндом, потому что тебе нужны деньги. Мне кажется, что человек теряет себя, когда не делает свою музыку.
Стас: У музыкантов обычно проблема именно в том, что у них нет денег. Они идут петь кавери из-за того, что им нужны деньги. Большинство из них не кайфует от этого.

Мама Ро: о музыке, голоде и перспективах
Фото: Глеб Нарв

Художник должен быть голодным?
Володя: Должен, да. По себе знаем.
Стас: Как правило, какие-то тексты хорошие, песни — рождаются, когда прям «плохо всё».
Володя: Художник может быть и не голодным, но тогда у него должна быть очень разнообразная жизнь.

Сталкивались ли вы с боязнью сцены?
Володя: Слушай, она всегда есть, и это круто.
Стас: Да, так и должно быть. Самый кайф — когда ты переживаешь перед выходом на сцену, а потом из тебя прямо выплёскивается это всё.

А вообще, по жизни — что вас вдохновляет?
Галя: Меня искусство вдохновляет.
Стас: Галя рисует, кстати.
Галя: Да, я 10 лет образования посвятила этому направлению. Так получилось, что я отучилась в художественной школе, и дальше пошла учиться издавать книги. И дальше получила образование в области антиквариата в книжном деле. И так же меня захватила музыка. Поэтому вдохновляет разное, нелепые какие-то ситуации, простая картинка…
Стас: Путешествия.
Володя: А иногда кино посмотришь какое-нибудь прикольное. Я после разных вдумчивых фильмов любил писать тексты. Ещё ругачка с близким человеком очень вдохновляет.
Стас: Кстати да, есть такое!
Галя: Да. Поэтому иногда специально ругаешься.
(смеются)
Стас: Ну да, когда песня не идёт.
Володя: Потом стоишь у окна, куришь сигарету, печальный, пишешь текст — не печальный.
Галя: Потом с утра думаешь: «Что я написал?»…

Галя только что рассказала свой путь в музыку, теперь ваша очередь.
Стас: Вообще — я в музыкальной школе учился, меня родители отдали. Учился «из-под палки», фортепиано. В 7 лет я пришёл, в 14 закончил. Ты же понимаешь, в этом возрасте ничего не интересно. Поэтому я не считаю, что это был какой-то шаг к музыке. Сам удивляюсь, как я её закончил — играть я не умею на клавишах. А в музыку пришёл — была волна какая-то, рэперы\не рэперы, что-то такое. Обычная какая-то дворовая история. Попробовал, понравилось, продолжил. Потом встретил Володьку, Володя тоже пробовал, ему тоже нравилось. Мне 17 было, ему 16. Но это ещё было так, не серьёзно. На самом деле такой толчок произошёл… Мы записывали дома, на компе, была такая программа «Hip-Hop eJay». Потом решили поехать на студию, попробовать. Попробовали, а там звукарь — он уже был в рэпе, много знал кого — он так нас оценил! Говорит: «Это круто, пацаны! Всё, давайте, работайте!». Вот, наверное, это и повлияло — то, что мы поняли, что мы что-то можем.

Мама Ро: о музыке, голоде и перспективах
Фото с официального сайта группы Мама Ро.

В какой момент вы решили разбавлять хип-хоп звучание инструментальной музыкой?
Володя: Мы хотели выступать. На сцене. До этого мы выступали только на рэп-тусах. Всегда были такими… Странными ребятами, «кислотниками» — рэп «кислотный», танцевальный. Но нам хотелось расти. И была группа, фруктовый кефир. Мы познакомились с девушкой, которая ими занималась, и она говорит: «Вот если у вас будет как состав как у «Фруктового Кефира» — бас, барабаны, всё такое — то я смогу вам мутить эти выступления». Всё, фикс-идея, и понеслось.
Стас: Потом мы договорились попробовать записать песню совместную с ребятами… «Нина на дне», была такая группа.
Володя: Сейчас она уже не существует. Их басист сейчас играет в группе «Каспий».
Стас: В общем, мы записали с ними песню совместную, просто по приколу. Вообще не видели ребят до этого, просто встретились и сразу же записали песню. Барабанщик из этой группы пропёрся, и говорит: «Давайте пробовать!».

А вы тогда пытались именно «перекладывать» свои треки на инструментальное звучание?
Володя: Нет, мы новые вещи сочиняли. И они очень отличаются от того, что мы сейчас делаем. Это были первые зарисовки такие, эмоциональные. Музыка менялась через каждые 30 секунд.
Стас: Да! Представляешь, встретились шесть человек совершенно разных… То есть, в этих песнях, знаешь, идёт что-то быстрое, какой-то рок, потом — раз! — перешёл в какой-то хип-хопчик, потом на джаз… Просто каждый своё внёс, и вот, слепили.
Володя: Это было круто, но у нас тогда не было опыта. Сейчас, мне кажется, мы намного грамотней. У нас уже голоса поставлены, и мы знаем: как с ними работать, как читать, как распеваться. И хорошо, что мы тогда не «выпрыгнули»… Знаешь, как у артистов бывает — вот они «выпрыгнули», продержались чуть-чуть, и всё, и про них забыли. После этого обычно уже не хочется делать себя. Поэтому я так думаю, что тогда время ещё не настало. А сейчас мы сформировавшиеся, и надо начинать сейчас делать что-то крутое.


 

Мама Ро: о музыке, голоде и перспективах

Ближайший концерт группы «Мама Ро» состоится 5 июля на сцене московского клуба «Мумий Тролль Бар».
Вход свободный, подробная информация здесь.


С музыкантами беседовал Глеб Нарв.

....................................